Особняк цыгана Дамиана в городе Красносибирске знали все. Расположенный на берегу местного водохранилища, он еще издали поражал воображение своей показной роскошью, начиная от черных завитков на кованых решетках окон и кончая золоченым флюгером в форме Мефистофеля на Крыше. Особенно подчеркивали богатство цыганского дома царившие вокруг него разруха и запустение.

Покосившиеся деревянные домишки местных жителей, притулившиеся к высокому кирпичному забору, напоминали оборванных нищих у парадного подъезда роскошного дворца.

Джип «лексус», на котором подъезжали к особняку со стороны центра города Саша Белов и Злобин, то плавно взмывал вверх на ухабах грунтовой дороги, то зарывался бампером в глубокие лужи… В эти моменты Витек, сидевший за рулем, тихо и со знанием дела матерился.

Витек начал сигналить еще до того, как они остановились перед черными металлическими воротами, украшенными золотым орнаментом. В воротах приоткрылась узкая калитка, из нее выглянул молодой чернявый цыган и тут же скрылся. Видно, побежал куда-то докладывать о прибытии гостей.

— Саша, ты точно решил один идти? — спросил Витек. — Может, все-таки я с тобой? От этого табора чего угодно можно ожидать, лучше подстраховаться…

— Жди меня здесь, — не терпящим возражений тоном приказал Белов, — я с ними не драться приехал, а поговорить…

Калитка снова открылась, из, нее вышел кудрявый цыган средних лет. Сияя золотыми зубами, он развел руки в стороны, показывая, как рад видеть «дорогого гостя», и отступил назад, приглашая войти. Белов вылез из машины, направился к воротам.

Цыган пропустил его вперед, а сам пошел рядом, показывая дорогу. За забором оказался мощенный гранитной плитой двор, чистый и ухоженный. Но Саша знал, что за каждый этот камень и за каждый кирпич в стене дома заплачено не только деньгами, но и жизнями наркоманов и слезами их родных и близких.